Через всю эту высокопрофессионально снятую картину (с прекрасными актерами, с великолепным умением режиссера создать необходимый психологический настрой) проходит мысль о гнетущей человеческую личность патологической страсти к насилию и желании подчиниться силе. Философский посыл этой картины — и на это обратила внимание прогрессивная европейская и американская критика, — по существу, ведер не к разоблачению, а к деформации самой сущности понятия «фашизм». Из явления социального и классового фашизм превращается в явление психопатологическое. Более того, авторы вольно или невольно внушают зрителю мысль о том, что фашистская идеология как бы соответствует природе человека, его биологической сути. Не только в буржуазной, но и в леворадикальной критике этот фильм получил поддержку, правда с известными «теоретическими оговорками». Но дискуссия вокруг него свелась к гальванизации наследия одного из основоположников теории «сексуальной революции», немецкого психоаналитика Вильгельма Рейха, и иных философов, пытавшихся объяснить явления социальные причинами биологическими. Фашизм В. Рейх рассматривал наподобие болезни, которой страдало человечество еще с доисторических времен, когда перешло от матриархата к патриархату. Поэтому и определение фашизма как открытой диктатуры наиболее реакционных кругов капитализма, по В. Рейху, недостаточно, неполно. Фашизм — это, согласно мысли В. Рейха, психологическая структура, заложенная в сознании каждого индивидуума в условиях сексуального подавления личности, сексуальных табу . Так, стремясь объединить марксизм и фрейдизм, В. Рейх, как и его духовные наследники, пытались; объединить сексуальный радикализм с революционным и антифашистским движением.
|