...Мелькают на экране, сменяя друг друга, романтически-ностальгические виды современного Нью-Йорка: набережные Бруклина, Гринвич-виллидж, мост Джорджа Вашингтона, Рокфеллеровский центр. Звучат аккорды «Голубой рапсодии» Гершвина.
«Глава первая, — слышится голос за кадром. — Он обожал Нью-Йорк. Он Сделал его своим идолом. Нет, по-другому. Он превратил его в миф. В любое время года он видел этот город черно-белым, живущим великими ритмами Джорджа Гершвина. Нет, не так. Все сначала...
Глава первая. Глядя на Манхэттен, он становился романтиком. Он черпал силу в его лихорадочных людских потоках. Нью-Йорк был для него городом красивых женщин... Нет, не то!
Глава первая. Он обожал Нью-Йорк. Для него он был олицетворением упадка современной культуры, это был город его мечты. Похоже на проповедь...
Глава первая. Оно обожал Нью-Йорк, несмотря на то, что город был для него олицетворением упадка современной культуры. До чего трудно существовать в обществе, лишенном чувствительности из-за наркотиков, телевидения, преступности, грязи, таком озлобленном!.. Не хочу быть озлобленным.
Глава первая. Он был тверд и романтичен, как город, который любил. За его очками с темными стеклами затаилась сексуальная мощь тигра, готового к прыжку... Нет, стоп, наконец-то!
Нью-Йорк был его городом, и так было всегда...».
|
Глава первая 
