|
Сверхэротизированный поток |
|
|
Не то чтобы он искал в этих трущобах, притонах и барах, в этом пестром и грязном мире порока новый материал для своих книг. Он сейчас вроде бы ничего и не пишет или не может написать. Он просто живет здесь, поскольку патологичен по своей сути и не может жить в нормальном человеческом мире. Он признает лишь чисто биологические связи между людьми и простые физиологические отправления — еду, питье, секс. И именно поэтому его жизнь — это бесконечная вереница встреч с престарелыми нимфоманками и несовершеннолетними жертвами разврата, проститутками и извращенцами. При помощи этих эпизодов Феррери как бы пытается убедить своих зрителей, что секс стал единственным способом контакта между людьми.
Правда, поскольку писатель постоянно пьян, реальность и болезненные видения, фантазии, которые посещают его расстроенное воображение, часто сливаются. Сам герой, как и зрители, поройне может отличить, где реальные события, а где вымысел и бред, привидевшийся после очередной порции спиртного... Вот буквально в начальных кадрах фильма Серкинг, с неизменной бутылкой в руках, выступает перед провинциальными слушателями с лекцией о литературе. Затем он долго бродит за кулисами и в конце концов теряется среди сваленных декораций, где вдруг натыкается на юную потаскушку. А утром, проснувшись, никак не может понять, была ли эта встреча у него или пригрезилась во сне...
Сверхэротизированный поток жизни, несущий Серкинга, достигает апогея, когда он встречает «дитя» большого города — Кэс (Орнелла Мути), бывшую воспитанницу монастыря, ставшую на путь «блестящего» разврата. Герой как будто бы нашел свой идеал, принесший ему успокоение.
|
Сверхэротизированный поток 